Радио Свобода опубликует это

Поддержка нациоНАЛИСТИЧески патриотического воспитания.

 

Испанская газета El Mundo подробно рассказала (по ссылке откроется статья на испанском - Google переводчик ОТЛИЧНО ПЕРЕВЕДЁТ страницу "на лету", для чего надо кликнуть по странице мышкой другой кнопкой, а в меню выбрать "Перевести на русский" ) о процессе изготовления «патриотов» – её корреспондент Майкл Дриберген побывал в одном из детских лагерей «Азова» (организация запрещена в РФ).

«В строю –  около 80 детей, которые стоят, вытянувшись в струнку и обратившись в слух. Услышав своё имя, они поспешно делают шаг вперёд. Берут щепотку соли из плошки и кидают в огонь, который взметается искрами. «Так каждый из вас помогает гореть костру национализма», — объясняет старший вожатый Бурек, парень лет двадцати, с пробивающейся бородкой и бритой головой. Он крепко пожимает руку каждому в знак товарищества, и в его ручищах полностью исчезают маленькие ладошки воспитанников», - описывает автор ритуал.

«Вот уже третий год они организуют детские лагеря подобные этому на одном из притоков Днепра, под Киевом. Через 12 дней дети в возрасте от 7 до 15 лет выйдут отсюда патриотами высшего разряда», –  объясняет своим читателям El Mundo.

Церемонией с солью отмечают открытие новых корпусов для  молодёжного крыла «Азова». Это огороженная территория, где есть спальные помещения, столовая, скалодром и даже маленький пляж. Националисты получили от государства этот лагерь в своё распоряжение совершенно безвозмездно. «Азов» организует подобные лагеря ещё в семи городах, но киевский - самый большой.

Дети, одетые в военную форму, строятся по двое каждое утро. По приказу своего инструктора Бурека они снимают головные уборы. И тут же все прикладывают кулак к груди и громко выкрикивают хором: «Украина, святая мать героев, сойди в сердце моё. Пусть душа моя в тебе возродится, славой твоей озарится, ибо ты вся жизнь моя, ибо ты всё счастье моё». Затем следует подъём флага, разумеется, жёлто-голубого. После этого первая группа идёт на урок истории, где рассказывают про подвиги казаков и киевских князей. Вторая группа – на полосу препятствий. А третья – оттачивает боевые приёмы и технику. 

«Мы обучаем ребят военным техникам, показываем им, что такое война», –поясняет Голд, 28-летний вожатый. Как и остальные инструкторы и воспитанники, он использует боевое прозвище вместо настоящего имени. Как минимум у половины вожатых в лагере имеется боевой опыт; Голд воевал на востоке Украины два года», – пишет El Mundo. 

Автоматы Калашникова появляются в детском лагере уже в первый день. «Таракан», худенькая 15-летняя киевлянка, собирает его за 15 секунд. У остальных результат чуть хуже, но оружие знают все.

Больше половины находящихся детей в лагере - это дети самих «азовцев». Родители в восторге от лагеря. «Дети должны знать, что мы защищаем внешнюю границу Европы», – говорит чья-то мама. 

Среди песен, которые поются в лагере, есть одна, припев которой начинается словами «Хай сгинут москали». При этом все «азовцы» уверяют, что они не нацисты и не фашисты, а просто патриоты. Вот даже убрали со своей эмблемы нацистский «волчий крюк» – чего не сделаешь ради Европы.

Только за минувшее лето 400 детей прошли через один этот лагерь. Кроме того, во время учебного года бойцы «Азова» посещают начальные школы Киева: за прошлую весну около 600 школьников провели в лагере целый день, овладевая военной тематикой. 

Автор статьи удивлён строгостью наказаний в лагере: «Наказание – часть программы». Во время утреннего построения робкого мальчишку лет девяти выводят из строя и ставят напротив остальных. Инструктор Бурек объясняет, что тот сделал плохо: несмотря на запрет пользоваться мобильными телефонами, он спрятал его под подушку. «Должен ли он понести наказание?» – спрашивает инструктор у отряда. «Нет», – неуверенно отвечают некоторые. Инструктор настаивает,  повторяет вопрос, громче. «Да!»  – кричит большинство». 

«Каждый вечер, на закате, спускается флаг и зажигается лагерный костёр, вокруг которого дети разговаривают и отдыхают… Заключительным аккордом дня звучит хор: «Сожги всю слабость в сердце моём. Пусть не знаю я страха, не знаю, что такое колебания. Укрепи мой дух», – пишет El Mundo.