Освоение земель Аляски русскими колонистами началось в конце XVIII века. Продвигаясь на юг вдоль материкового побережья Аляски в поисках более богатых промысловых угодий, русские партии охотников на морского зверя постепенно приближались к территории, заселённой Тлинкитами – одним из наиболее могущественных и грозных племён Северо-Западного побережья. Русские называли их Колошами (Колюжами). Имя это происходит от обычая тлинкитских женщин вставлять в разрез на нижней губе деревянную планку – калужку, отчего губа вытягивалась и отвисала. "Злее самых хищных зверей", "народ убийственный и злой", "кровожаждущие варвары" – в таких выражениях отзывались о Тлинкитах русские первопроходцы. И на то у них были свои причины.

К концу XVIII в. Тлинкиты занимали побережье юго-восточной Аляски от залива Портленд-Канал на юге до залива Якутат на севере, а также прилегающие острова архипелага Александра.


Страна Тлинкитов делилась на территориальные подразделения – куаны (Ситка, Якутат, Хуна, Хуцнуву, Акой, Стикин, Чилкат и др.). В каждом из них могло быть несколько крупных зимних деревень, где проживали представители различных родов (кланов, сибов), принадлежавших к двум большим фратриям племени – Волка/Орла и Ворона. Эти кланы – Киксади, Кагвантан, Дешитан, Тлукнахади, Текуеди, Нанъяайи и т. д. – нередко враждовали между собой. Именно родовые, клановые связи и были наиболее значимыми и прочными в тлинкитском обществе.



Первые столкновения русских с тлинкитами датируются 1741 годом, позже также происходили небольшие стычки с применением оружия.

В 1792 году на острове Хинчинбрук произошёл вооружённый конфликт с неопределённым результатом: глава партии промышленников и будущий правитель Аляски Александр Баранов едва не погиб, индейцы отступили, но русские не решились закрепиться на острове и также отплыли на остров Кадьяк. Тлинкитские воины были одеты в плетёные деревянные куяки, лосиные плащи и звероподобные шлемы (по-видимому, из черепов животных). Вооружены индейцы были преимущественно холодным и метательным оружием.

Если при нападении на партию А. А. Баранова в 1792 г. Тлинкиты ещё не применяли огнестрельного оружия, то уже в 1794 г. у них было множество ружей, а также приличные запасы боеприпасов и пороха.

Мирный договор с индейцами острова Ситки

Русские в 1795 году появляются на острове Ситка, которым владел клан тлинкитов киксади. Более тесные контакты начались с 1798 года.

После нескольких мелких стычек с небольшими отрядами киксади, которые возглавлял молодой военный вождь Катлеан, Александр Андреевич Баранов заключает договор с вождем племени киксади, Скаутлельтом о приобретении земли для строительства фактории.

Скаутлельт крестился, и его имя стало Михаил. Баранов был его кресным отцом. Скаутлельт и Баранов договорились об уступке киксади русским части земель на берегу и строительстве небольшой фактории в устье речушки Старригавань.

Союз между русскими и киксади был выгоден обеим сторонам. Русские покровительствовали индейцам и помогали им в защите от других враждующих племен.

15 июля 1799 года русские начали строительство форта «Святого Архистратига Михаила», теперь это место называется Старая Ситка.

Тем временем племена киксади и дешитанов заключили перемирие – вражда между индейскими кланами прекратилась.

Опасность для киксади исчезла. Слишком тесная связь с русскими становится теперь чересчур обременительной. И киксади, и русские почувствовали это весьма скоро.

Тлинкиты из других кланов, посещавшие Ситку после прекращения там военных действий, насмехались над её жителями и «хвалились свободою своей». Крупнейшая размолвка произошла на Пасху, однако, благодаря решительным действиям А.А. Баранова, кровопролития удалось избежать. Однако, 22 апреля 1800 г. А.А. Баранов отбыл на Кадьяк, оставив в новой крепости начальствующим В.Г. Медведникова.

Несмотря на то, что тлинкиты имели богатый опыт общения с европейцами, отношения между русскими поселенцами и аборигенами всё более обострялись, что привело, в конечном итоге, к затяжной кровавой войне. Однако, такой результат отнюдь не был всего лишь нелепой случайностью или же последствием происков коварных иностранцев, как не были эти события порождены и единственно природной кровожадностью «свирепых колошей». На тропу войны тлинкитские куаны вывели иные, более глубокие причины.

Предпосылки войны

У русских и англо-американских торговцев была в здешних водах одна цель, один главный источник прибыли - пушнина, мех каланов. Но средства достижения этой цели были различны. Русские сами добывали драгоценные меха, посылая за ними партии алеутов и основывая в районах промысла постоянные укреплённые поселения. Скупка шкур у индейцев играла второстепенную роль.

Прямо противоположно поступали, в силу специфики своего положения, британские и американские (бостонские) торговцы. Они периодически приходили на своих кораблях к берегам страны тлинкитов, вели активную торговлю, закупали пушнину и уходили, оставив индейцам взамен ткани, оружие, боеприпасы, спиртное.


Активный промысел калана, который вели русские партии, был причиной оскудения природных богатств края, лишал индейцев их основного товара в сношениях с англо-американцами. Все это не могло не отразиться на отношениях индейцев к русским колонистам. Англосаксы активно подогревали их враждебность.

Ежегодно около пятнадцати иностранных судов вывозили из владений РАК 10-15 тысяч каланов, что равнялось четырехлетнему русскому промыслу. Усиление русского присутствия грозило им лишением прибылей.

Таким образом, хищнический промысел морского зверя, который развернула Российско-Американская компания, подрывал основу экономического благосостояния тлинкитов, лишая их главного товара в выгодной торговле с англо-американскими морскими торговцами, чьи подстрекательские действия послужили своеобразным катализатором, ускорившим развязывание назревавшего военного конфликта. Необдуманные и грубые поступки русских промышленных послужили толчком к объединению тлинкитов в борьбе за изгнание РАК со своих территорий.

Зимой 1802 г. в Хуцнуву-куане (о.Адмиралти) состоялся великий совет вождей, на котором было принято решение о начале войны против русских. На совете был разработан план военных действий. Было намечено с наступлением весны собрать воинов в Хуцнуву и, выждав ухода с Ситки промысловой партии, напасть на форт. Партию же намечалось подстеречь в Погибшем проливе.

Военные действия начались в мае 1802 г. с нападения в устье р.Алсек на Якутатскую промысловую партию И.А. Кускова. Партия насчитывала 900 туземных охотников и более десятка русских промышленных. Атака индейцев после нескольких дней перестрелки была успешно отражена. Тлинкиты, видя полную неудачу своих воинственных планов, пошли на переговоры и заключили перемирие.

Восстание тлинкитов – уничтожение Михайловского форта и промысловых партий русских

После того, как из Михайловского форта ушла промысловая партия Ивана Урбанова (около 190 алеутов), на Ситке осталось 26 русских, шестеро «англичан» (американских матросов на службе у русских), 20-30 кадьякцев и около 50 женщин и детей. Небольшая артель под началом Алексея Евглевского и Алексея Батурина 10 июня отправилась на охоту к «дальнему Сиучьему камню». Прочие обитатели поселения продолжали беспечно заниматься своими повседневными делами.

Индейцы атаковали одновременно с двух сторон - из леса и со стороны залива, приплыв на боевых каноэ. Этот поход возглавлял военный вождь киксади, племянник Скаутлельта, молодой вождь – Катлиан. Вооруженная толпа тлинкитов, насчитывавшая около 600 человек под командованием вождя ситкинцев Скаутлелта окружила казарму и открыла сильный ружейный огонь по окнам. На призывный крик Скаутлелта из-за мыса бухты вышла огромная флотилия боевых каноэ на которых находилось не менее 1000 индейских воинов, немедленно присоединившихся к ситкинцам. Вскоре заполыхала крыша казармы. Русские пытались отстреливаться, но не могли противостоять подавляющему превосходству нападавших: двери казармы были вышиблены и, несмотря на прямой огонь пушки, стоявшей внутри, тлинкитам удалось проникнуть внутрь, перебить всех защитников и разграбить хранившиеся в казарме меха

Существуют различные версии участия англосаксов в развязывании войны.

Ост-индский капитан Барбер высадил в 1802 году на острове Ситка шесть матросов якобы за бунт на корабле. Их взяли на работу в русский город.

Подкупив индейских вождей оружием, ромом и безделушками, за время долгой зимней стоянки в деревни тлинкитов, посулив им дары, если они прогонять русских со своего острова и пригрозив не продавать ружья и виски, Барбер сыграл на честолюбии молодого военного вождя Катлеана. Ворота форта открыли изнутри американские матросы. Итак, естественно, без предупреждений и объяснений индейцы напали на крепость. Все защитники, включая женщин и детей, были убиты.

По другой версии реальным же подстрекателем индейцев следует считать не англичанина Барбера, а американца Каннингема. Он, в отличие от Барбера и матросов оказался на Ситке явно не случайно. Есть версия, что он был посвящён в замыслы тлинкитов, а то и участвовал непосредственно в их разработке. 

То, что виновниками Ситкинской катастрофы будут объявлены иностранцы было предопределено изначально. Но причины того, что главным виновником был тогда признан англичанин Барбер кроются, вероятно, в той неопределённости, в какой пребывала в те годы российская внешняя политика.

Крепость была полностью разрушена, а все население истреблено. Там до сих пор ничего не строят. Потери для Русской Америки были значительны, два года Баранов собирал силы для того, чтобы вернуться в Ситку.

Весть о разгроме крепости Баранову привез английский капитан Барбер. У острова Кадьяк он выставил 20 пушек с борта своего корабля — «Юникорн». Но, побоявшись связываться с Барановым, ушел на Сандвичевы острова — торговать с гавайцами добром, награбленным в Ситке.

Через день индейцы уничтожили почти целиком маленькую партию Василия Кочесова, возвращавшуюся в крепость с промысла сивучей.

Тлинкиты питали особую ненависть к Василию Кочесову, знаменитому охотнику, известному среди индейцев и русских, как непревзойденно меткий стрелок. Тлинкиты называли его Гидак (Gidak), что происходит, вероятно, от тлинкитского имени алеутов, чья кровь текла в жилах Кочесова - giyak-kwaan (мать охотника была родом с островов Лисьей гряды). Заполучив, наконец, ненавистного стрельца в свои руки, индейцы постарались сделать его смерть, как и смерть его товарища, как можно более мучительной. По словам К.Т.Хлебникова, "варвары не вдруг, но повременно отрезывали у них нос, уши и другие члены их тела, набивали ими рот, и злобно насмехались над терзаниями страдальцев. Кочесов ... не мог долго переносить боли и был счастлив прекращением жизни, но несчастный Еглевский более суток томился в ужаснейших мучениях"

В том же 1802 году: была выслежена индейцами Промысловая Ситхинская партия Ивана Урбанова (90 байдарок) в проливе Фредерик и атакована в ночь с 19 на 20 июня. Затаившись в засадах, воины куана Кэйк-Кую ничем не выдавали своего присутствия и, как писал К.Т.Хлебников, «начальники партии не примечали ни неприятностей, ни повода к неудовольствиям ... Но сия тишина и молчание были предвестниками жестокой грозы». Индейцы атаковали партовщиков на ночлеге и «почти на повал истребили их пулями и кинжалами». В резне погибло 165 кадьякцев и это было не менее тяжелым ударом по русской колонизации, чем уничтожение Михайловской крепости.

Возвращение русских в Ситку

Затем наступил 1804 год – год возвращения русских на Ситку. Баранов узнал, что из Кронштадта вышла в море первая русская кругосветная экспедиция, и с нетерпением ожидал прихода «Невы» в Русскую Америку, занимаясь в то же время строительством целой флотилии кораблей.

Летом 1804 г. правитель русских владений в Америке А.А. Баранов отправился к острову со 150 промышленниками и 500 алеутами на своих байдарках и с кораблями «Ермак», «Александр», «Екатерина» и «Ростислав».

А.А. Баранов приказал русским кораблям расположиться напротив селения. Целый месяц он вел переговоры с вождями о выдаче нескольких пленных и возобновлении договора, но все было безуспешно. Индейцы перешли из своей старой деревни в новое поселение в устье Индейской Реки.

Начались военные действия. В начале октября к флотилии Баранова присоединился бриг «Нева», которым командовал Лисянский.

После упорного и длительного сопротивления от колош явились парламентеры. После переговоров все племя ушло.

8 октября 1804 г. над индейским поселением был поднят русский флаг.

Новоархангельск – столица Русской Америки

Баранов занял опустевшее селение и разрушил его. Здесь была заложена новая крепость – будущая столица Русской Америки – Ново-Архангельск. На берегу залива, там, где стояла старая индейская деревня, на возвышении, было построено укрепление, а потом и дом Правителя, который так и называли индейцы – Замок Баранова.

Только осенью 1805 года, было вновь заключено соглашение между Барановым и Скаутлельтом. В качестве даров были преподнесены бронзовый двуглавый орел, Шапка мира, сделанная русскими по образцу тлинкитских церемониальных шляп, и синий халат с горностаями. Но еще долго русские и алеуты опасались углубляться в непроходимые дождевые леса Ситки, это могло стоить им жизни.



Новоархангельск с августа 1808 г. стал главным городом Русско-Американской компании и административным центром русских владений на Аляске и оставался им до 1867 г., когда Аляска была продана США.

В Новоархангельске стояли деревянная крепость, судостроительная верфь, склады, казармы, жилые дома. Здесь проживало 222 русских и свыше 1 тыс. туземцев.

Падение русского форта Якутат

20 августа 1805 года воины-эяки клана тлахаик-текуеди (тлухеди) во главе с Танухом и Лушваком и их союзники из числа тлинкитов клана куашккуан сожгли Якутат и перебили остававшихся там русских. Из всего населения русской колонии в Якутате в 1805 г. погибло, по официальным данным, 14 русских «и с ними ещё много островитян», то есть союзных алеутов. Основная же часть партии вместе с Демяненковым была потоплена в море налетевшей бурей. Тогда погибло около 250 человек. Падение Якутата и гибель партии Демяненкова стали ещё одним тяжелым ударом для русских колоний. Была утрачена важная хозяйственная и стратегическая база на побережье Америки.

Таким образом, вооруженные действия тлинкитов и эяков в 1802-1805 гг. значительно ослабили потенциал РАК. Прямой финансовый ущерб достигал, видимо, не менее полумиллиона рублей. Все это на несколько лет остановило продвижение русских в южном направлении вдоль северо-западного побережья Америки. Индейская угроза и в дальнейшем сковывала силы РАК в районе арх. Александра и не позволяла приступить к систематической колонизации Юго-Восточной Аляски.

Рецидивы противостояния

Так, 4 февраля 1851 г. индейский военный отряд с р. Коюкук напал на селение индейцев, живших у русской одиночки (фактории) Нулато на Юконе. Атаке подверглась и сама одиночка. Однако нападавшие были с уроном отбиты. Потери были и у русских: погиб начальник фактории Василий Дерябин и были смертельно ранены служащий компании (алеут) и английский лейтенант Бернард, прибывший в Нулато с британского военного шлюпа «Энтерпрайз» для поисков пропавших участников третьей полярной экспедиции Франклина. Той же зимой тлинкиты (ситкинские колоши) устроили несколько ссор и драк с русскими на рынке и в лесу близ Новоархангельска. В ответ на эти провокации главный правитель Н. Я. Розенберг объявил индейцам, что в случае продолжения беспорядков он распорядится вообще закрыть «колошенский рынок» и прервёт с ними всякую торговлю. Реакция ситкинцев на этот ультиматум носила беспрецедентный характер: утром следующего дня они предприняли попытку захватить Новоархангельск. Часть из них, вооружившись ружьями, засела в кустах у крепостной стены; другая, приставив заранее заготовленные лестницы к деревянной башне с пушками, так называемой «Колошенской батарее», едва не овладела ею. К счастью для русских, часовые были начеку и вовремя подняли тревогу. Подоспевший на помощь вооружённый отряд сбросил вниз трёх уже влезших на батарею индейцев, а остальных остановил.

В ноябре 1855 г. произошёл ещё один инцидент, когда несколько туземцев захватили Андреевскую одиночку в нижнем течении Юкона. В это время здесь находились её управляющий — харьковский мещанин Александр Щербаков и двое служивших в РАК работников-финнов. В результате внезапного нападения байдарщик Щербаков и один рабочий были убиты, а одиночка разграблена. Оставшемуся в живых служащему РАК Лаврентию Керянину удалось бежать и благополучно добраться до Михайловского редута. Немедленно была снаряжена карательная экспедиция, которая разыскала скрывавшихся в тундре туземцев, разоривших Андреевскую одиночку. Они засели в бараборе (эскимосской полуземлянке) и отказывались сдаваться. Русские вынуждены были открыть огонь. В результате перестрелки пятеро туземцев были убиты, а одному удалось бежать.